О фильме:
Оперная певица Мария Каллас в заглавной роли экранизации бессмертного творения Еврипида создает запоминающийся, яркий образ. Серьезное кино требует вдумчивого подхода, определенных знаний и подготовки. Просмотр не рекомендуется лицам моложе 16 лет.(Иванов М.)
Фильм является вольным изложением цикла древнегреческих мифов об аргонавтах, и их плавании в Колхиду за золотым руном. Царство Медеи показано как обиталище безропотных жертв, занятых в кровавом культе, представляющим собой явную отсылку к христианской евхаристии. Аргонавты, напротив, предстают бандой насильников, скорее зверей, чем людей.
Отношения Медеи и Ясона после возвращения в Элладу показаны сообразно трагедии Еврипида. Пазолини дважды изображает историю мести Медеи, убившей Главку — новую жену Ясона и своих сыновей от него, с различных точек зрения, так что невозможно понять — сон ли это оставленной Медеи, или же мифологизированное отражение ужасной человеческой трагедии. В первой версии Медея смертельно ранит Ясона, и он не в состоянии воспрепятствовать убийству детей, и отправке Главке отравленного одеяния. Во второй версии, Главка, получив жреческое одеяние Медеи, как бы перевоплощается в неё саму, и устрашась своей судьбы, кончает жизнь самоубийством.

Две рецензии
От Ларисы Йоонас
Просто мир, омытый кровью
Легко ли написать о фильме, снятом любимым режиссером, в котором сыграла любимая актриса? Впрочем, когда говоришь о Пазолини, говорить — любимый режиссер как-то неловко, он не признает присвоения. Сказать — любимая — о Марии Каллас так же немыслимо, она не нуждается в признаниях. Но фильм в самом деле на особом счету среди прочих, и как ни начнешь о нем говорить, все получается несколько неловко, потому что о любимых вслух не говорят. Но все же, все же…
Создавая сюжет, Пазолини опирается на миф о Медее, но берет из него только то, что ему нужно. Медея в фильме всегда разделяет два мира. Мир людей и мир богов. Мир земледельцев и мир чародеев. Мир слабых и мир сильных. Мир языческий и мир олимпийский. Реальность — и божественное откровение.
Иногда он в этом, может быть, излишне прям, например, когда пересказывает основные идеи фильма устами кентавра, который тоже обращается в человека, переступая границу двух миров.
Фильм довольно стар, и даже отреставрированную его копию старит дрожание руки оператора, длинные желтые, иссеченные светом пространства. Насколько режиссеру удалось воссоздать времена, в которых живут герои? Что мы вообще знаем о них? Но Пазолини обладает невероятным даром убеждения. Да, все было именно так. И эти странные одежды, и эти люди, эти храмы и идолы. Эти города, высеченные из скал. Эти дикарские обычаи, человеческие жертвоприношения, которые принимаются людьми с невероятной легкостью.
Пазолини пытается показать мир, лишенный привычной нам морали. Мир до морали, который невозможно судить по современным меркам. Умывание растений человеческой кровью — вот страшный символ, начертанный режиссером в самом начале. Человеческая жизнь, божественная жизнь, приносимая в жертву повседневности, камням, травам, скуке, простым незамысловатым страстям.
Когда Медея убивает своих детей, мы тоже не имели бы права судить ее, если бы она изначально не была по нашу сторону действительности. И ужасный финал невыносим в своей несправедливости.
Удивительно соединение противоположностей: беспечный юный пожиратель жизни, предводитель разбойничьей шайки и зрелая женщина, которая, на первый взгляд, готова на все ради внезапно охватившей ее любви, но которая, тем не менее, является тем самым стержнем, вокруг которого происходит все событийное кружение.
Медея, вступающая в мир простых людей, снимает свое роскошное облачение, и мы видим, как дочери Пелия складывают снятые металлические украшения, почти вериги, и тяжелые одежды, облачая ее в легкое светлое одеяние. Позже царские одежды получит Главка, получит тем ли иным образом, волшебным или простым, но в любом случае они погубят ее — обычные люди не в силах вынести одежды богов.
Пазолини имеет потрясающе чувство меры. Обычаи и архитектура, выдуманные им, реальнее реальности; нас очень мало интересует, насколько все это документально верно. Это не исторический фильм. Это не пересказ мифа. Это воссоздание действительности, в которой возможен миф.
И прекрасная Каллас в прекрасных интерьерах. Пазолини не мог выбрать лучшую актрису для этой роли, потому что Каллас играет себя — женщину из другого мира, одаренную чарами, волшебницу, небожительницу, случайно оказавшуюся среди простых смертных и ими не принятую. Необыкновенное и величественное, не нашедшее места на земле.
Каллас имеет удивительную запоминающуюся внешность. Она красива и безобразна одновременно. Она не боится быть некрасивой, но именно это придает ей величественности. Ее собственная жизнь повторяет изгибы фильма — в этом есть определенное колдовство, которое по эту сторону действительности называется удивительным совпадением.
От Сергея Кудрявцева
Историческая драма-экранизация
«Медея» продолжает культурно-исторический цикл Пьера Паоло Пазолини, начатый им двумя годами ранее лентой «Царь Эдип». Двигаясь из глубины веков, от античности к новым временам (не случайно, что действие романа «120 дней Содома» маркиза де Сада итальянский режиссёр затем перенёс из XVIII столетия в XX-е — ведь согласно традиции, новая история ведёт свой отсчёт от периода буржуазных революций в Европе, а для Пазолини неделимая и целостная культура ограничивается эпохой Возрождения), он стремился не только противопоставить разные цивилизации и миры. В архаичной, с точки зрения современного человека, давней действительности заложен, помимо истока европейской культуры новых времён, также и её будущий распад и крах. Вот и в картине «Свинарник», снятой как раз перед «Медеей», это выражено намеренно прямолинейно — пороки современных буржуа имеют некую первобытную природу.
«Медея» отражает те же безысходность и пессимизм состояния «после революции», что было свойственно европейской интеллигенции в конце 60-х годов. Но мир античности, сознательно вневременной и всечеловеческий, общемифологический, а отнюдь не греческий, увиден художником, как и в «Царе Эдипе», в диалектическом единстве варварского и волшебно-символического. «Медеев комплекс» — это же проявление животной, безрассудной мести и языческий обряд жертвоприношения собственных детей в угоду богам. Недискретность древнего сознания, которое находится в единении с силами природы и божественными проявлениями, оправдывает жестокий поступок Медеи, решившей отомстить неверному Ясону.
И если «Царь Эдип» у Пьера Паоло Пазолини был всё-таки разомкнут в современность, то «Медея» (подобно последующей «трилогии жизни» 70-х годов) остаётся замкнутой в прошлом. Эдип совершил своё недопустимое деяние всё-таки по неведению, а в трагедии Медеи, как и в абсолютно естественном поведении героев фильмов «Декамерон», «Кентерберийские рассказы» и «Цветок тысячи и одной ночи», есть безусловная свобода выбора. Можно самоосуществляться в зле или в любви — согласно собственной натуре, но одновременно с ощущением себя в качестве лишь части целого, а своего действия — как проявления общего порядка.
А человек нового времени лишён даже этой свободы выбора и представления о целостности собственной жизни. Он извиняет свою подлость только тем, что ничуть не лучше других, а во всём виновато, в крайнем случае, общество или же нынешняя эпоха, но отнюдь не воля Провидения и Божьего Промысла. В данном смысле, Медея для Пазолини — это последняя истинно трагическая фигура, которая посмела вступить в открытый поединок с роком и с самой смертью, взяла на себя личную ответственность за содеянное. И есть особая закономерность в том, что её роль сыграла в данной ленте великая певица Мария Каллас, придав образу дополнительное величие и подлинный трагизм.

Это интересно
• Съемки фильма происходили в Каппадокии, Турция, причем покинутый мужской христианский монастырь «играл роль» колхидского поселения и царского дворца.
• Великая оперная певица Мария Каллас сыграла в этом фильме свою единственную роль в кино. Она не только не поёт, но и практически не произносит ни слова.

Выпущено: Франция, Италия, Германия (ФРГ), Janus Film und Fernsehen, Les Films Number One, San Marco.
Дистрибьютор: «RARO Video R2».
Продолжительность: 116 мин
Перевод: Профессиональный (многоголосый, закадровый)
Субтитры: Espanol, Francais, English, Russian, Bulgarian (Русские субтитры для DVDRip отдельным архивом)

DVD9

Файл:
Формат: DVD Video
Качество: DVD-9
Видео: PAL 16:9 (720x576) VBR Auto Letterboxed 25.00fps 8500Kbps
Звук: Russian (Dolby AC3, 2 ch), English (Dolby AC3, 2 ch), Italiano (Dolby AC3, 2 ch) AC3 48000Hz stereo 192Kbps.
Размер: 7.46 Gb.
Скачать: С Э М П Л.

Релиз от: Oleg39 (Большое Спасибо!!)

Скриншоты

Скачать бесплатно фильм: Медея (Колдунья Медея) / Medea (1969) DVD9

Файл:
Формат: AVI (XviD)
Качество: DVDRip
Видео: 720x400 (1.80:1), 25 fps, XviD build 50 ~2045 kbps avg, 0.28 bit/pixel.
Звук: Audio #1(rus.): 48 kHz, AC3 Dolby Digital, 2/0 (L,R) ch, ~192 kbps;
Audio #2(eng.): 48 kHz, AC3 Dolby Digital, 2/0 (L,R) ch, ~192 kbps.
Размер: 2103.02 Mb.
Скачать: С Э М П Л.

Релиз от:

Скриншоты

Скачать бесплатно фильм: Медея (Колдунья Медея) / Medea (1969) DVDRip